Угроза серьезная

Угроза серьезная, и царь вовсе не шутил. По иронии судьбы, больше всего встревожились посланники Пруссии Гарденберг и Гумбольдт. Они не возражали против того, чтобы завладеть Саксонией, но их не устраивал способ, предложенный русским самодержцем. Пруссия окажется не только в долгу, но и в милостивой зависимости от России.

Обеспокоенный такой перспективой, Гарденберг взялся за перо и написал срочное послание министрам иностранных дел Британии и Австрии, призывая их к незамедлительным действиям. Пруссия с готовностью поддержит их в противостоянии с Россией по польскому вопросу при условии, если они гарантируют, что Пруссия все-таки получит Саксонию. Ему необходимо доложить королю что-нибудь реальное и осязаемое.

Каслри был не против того, чтобы пойти на уступки ради «спокойного будущего Европы». Талейрана, однако, озадачило «слабоволие» лорда, и он предупредил Каслри, что конгресс может совершить страшную и непоправимую ошибку. Наилучший способ сохранить и Польшу, и Саксонию — безотлагательно открыть конгресс. Пусть воинственные державы заявят о своих претензиях перед всей Европой, и все увидят, как рухнут их амбициозные замыслы.

Но британский министр уже принял решение, и оставался только один человек, который мог еще поддержать Талейрана, — Меттерних, а австрийца в это время занимали совсем другие заботы. «Меттерних мучается любовью, он красится, пишет записки, и его канцелярия болтается без дела», — переживал Талейран. Генц тоже нервничал. Он не раз приезжал к министру иностранных дел во время саксонского кризиса и заставал его в унылом состоянии, в думах о герцогине де Саган и ее «дурной привязанности к Виндишгрёцу».

Одно было ясно: если не принять экстренные меры, то царь Александр отдаст всю Саксонию своему прусскому союзнику.

Добавить комментарий