Согласно К. Хейден

Согласно К. Хейден, с момента образования женотдела в партии существовали разногласия по поводу целей этой организации. Кто-то хотел, чтобы женский актив служил задачам партии, другие считали, что нужно отстаивать интересы женщин. Разногласия проявлялись даже при выборе основной задачи женотдела: подготовка женских кадров или преобразование быта. В 1923 г.

В. Голубева, одна из организаторов первого женского съезда, невольно спровоцировала сильное волнение в рядах партии и женотдела, предложив создать «особые общества», которые занимались бы проблемами всех женщин, а не только работниц. Причинами, побудившими Голубеву сделать это предложение, были высокий уровень женской безработицы и сокращение числа женщин, работающих на фабриках и заводах. Тем не менее XII съезд партии и верхушка женотдела решительно осудили эту идею как проявление сепаратизма. Хейден утверждает, что на протяжении 1920-х гг. женотдел отступал все дальше и дальше от первоначального стремления отстаивать интересы женщин, постепенно превращаясь в инструмент подготовки советских административных женских кадров.

Социализация быта перестает быть самоцелью и оказывается необходимой лишь «для достижения других целей». Хейден считает, что к 1924 г. женотдел уже был инструментом партийной политики, а не защитником интересов женщин20. Хейден совершенно верно обратила внимание на углубление конфликта интересов, но ошибочно считает, что к 1924 г. он был исчерпан. Борьба за отстаивание женских интересов продолжалась и в 1930-х гг. В 1927 г. женотдел провел II Всесоюзный съезд работниц и крестьянок, и снова в Москву прибыло большое количество женщин со всех концов страны: представительницы народов Севера, женщины — крестьянки с юга страны, из Сибири, республик Средней Азии, работницы из крупных промышленных городов и поселков. Выступавшие от имени всех избравших их женщин делегатки рассказывали о том, в каких трудных условиях они живут.

Добавить комментарий