Армия, полиция

Армия, полиция, государственный аппарат — все развалилось. При такой обстановке пришлось организовать милицию. Наша партия, социалисты, профсоюзы начали создавать отряды милиции, дисциплинировать их, посылать их на фронт, но без всяких директив, без общего плана. Вот как организовалась милиция — в форме добровольческих отрядов. С другой стороны поскольку милиция не была объединена, не было и возможности контролировать, кому давалось оружие. Каждая партия и каждая группа вооружались сами как могли. Каждый старался отправиться на самый опасный участок фронта. Так например, как только в Мадриде восстание было ликвидировано, военно-фашистские мятежники попытались через Гуадаррамский фронт приблизиться к Мадриду. Они подходили на расстояние 35-40 километров. Никто не думал о том, чтобы организовать оборону Мадрида. Все мысли были направлены на то, чтобы послать все силы на помощь другим.

Такое положение было почти повсюду. Так было и в Кордове. После того, как было ликвидировано восстание в Картахене, Малаге войска двинулись на Гренаду, Валенсию, Теруэль, Каталонию, Сарагосу, Бадахос и т.д. Войска посылались в провинцию. Таким-то образом создался целый ряд фронтов. Последствия такой тактики дают себя чувствовать теперь, но тогда это делалось стихийно: в тот момент надо было разбить врага. Это было нерациональное распределение сил, каждый дрался с врагом и, поскольку не было регулярной армии, которую можно было бы бросить в тот или иной пункт, иначе поступить было невозможно.

Часто создавалось такое положение, когда мы окружали врага, но, так как мы не могли продвинуться вперед, то враг в то же время окружал нас. Он был недостаточно силен для того, чтобы выйти из своих позиций, а мы были слишком слабы, чтобы нанести решающий удар.

Как создавалась такая ситуация? Дело в следующем: мы думали, что мы достаточно сильны, чтобы своими средствами разбить испанских фашистов.

В самом деле, в начале мы перешли в наступление, взяли Альбасете, Сиуда Реаль12 и смогли установить связь с югом и с Барселоной, а затем организовать осаду нескольких городов.

Но когда положение изменилось, когда мятежники стали получать самые современные средства вооружения, мы могли добиться только того, чтобы своим флотом не подпускать суда мятежников к испанскому побережью, не давать им перебрасывать на нашу сторону марокканские войска. Однако в один прекрасный день гидропланы Капрони, трехмоторные самолеты начали бомбардировать наши суда и перебрасывать войска по воздуху, поднимаясь на 3000 метров, чтобы ускользнуть от снарядов наших зенитных орудий. Таким-то путем каждый самолет перебрасывал в Севилью 20-25 человек.

Добавить комментарий