8-го декабря

8-го декабря на ст. Юзово были получены телеграммы от конференции 29 железных дорог и центрального бюро всероссийского ж.-д. союза, а также от забастовочных комитетов из Екатеринослава, Ясиноватой, Авдеевки и Мариуполя, в которых говорилось, что политическая забастовка начата „для защиты народа и родины»… „в ограждение добытых кровью свобод и равноправия человека» и т. д. Тотчас же с получением телеграммы появилось объявление с приглашением служащих на митинг в школу к 6-ти часам вечера. Здесь без разногласий было решено присоединиться к забастовке.

Была составлена и послана в Екатеринослав и по всей линии телеграмма, в которой говорилось: „мы, служащие ст. Юзовка, на сходке 8-го декабря постановили присоединиться к общей забастовке», т.-е. формула об явления забастовки была чисто пассивная. Впоследствии, по возникновении судебного дела, свидетели из администрации станции объясняли следователю, что многие служащие присоединились к забастовке, несмотря на ее политическую цель, из опасения бойкота со стороны служащих других станций, а также потому, что они в случае отказа присоединиться не рассчитывали на поддержку управления дороги. Дальше они об’яснили, что начальник ст. Авдеевки, прослуживший 21 год, смотритель зданий той же станции и еще несколько человек за то, что не приняли участия в октябрьской забастовке, судились судом товарищей этой станции и по приговору этого суда были уволены со службы управлением дороги.

Таким образом, очевидно, что в первый момент по объявлении забастовка являлась в сознании многих участников средством обороны от незакономерных действий правительственных лиц, которое как бы уже узаконили предшествовавшие события.

Добавить комментарий