Monthly Archives: Февраль 2014

Захватив станцию

Захватив станцию, Динега и его товарищи стали открыто называть себя революционерами, и доказывать в своих речах, что все должны стать революционерами, т. к. добиться поставленной цели можно только революционным путем. Влияние их было вследствие этого огромное и очень скоро ими был завоеван авторитет по всей линии. Гришинцы не вели борьбу с центральным комитетом, находившимся в Ека-теринославе и не конкурировали с ним. Но, взяв свой решительный революционный курс, естественно явились моральным и организационным центром для окружавших станций, рудников и заводов Донецкого бассейна. Они установили со всеми правильные сношения и скоро приобрели формально название отделения центрального комитета Екатерининской дороги. Гришинцы первые соответственно своему настроению повели разоружение проезжавших через станцию- воинских чинов и инструктировали в этом отношении соседние станции, но при этом действовали довольно осторожно и старались не вызывать столкновений.

Вслед за названной телеграммой

Вслед за названной телеграммой последовала другая: В. срочно от Авдеевки до Екатеринослава. Всем служащим. Гришинский распорядительный просит открыть телеграфное сообщение и установить правильное обслуживание телеграфа, без чего работать невозможно.

собрал митинг

Динега собрал митинг огласил телеграмму, произнес горячую речь и предложил немедленно начать забастовку. Его поддержали товарищи. Собрание согласилось, и его участники пошли на станцию тушить паровозы, а Динега дал депешу по линии, что служащие станции Гришино с лозунгом: „долой правительство и смертную казнь», приступили к забастовке. Одновременно гришинские делегаты отправились в Екатерино-слав, и на всех промежуточных станциях вели агитацию, требуя поддержки.

Организованная таким образом

Организованная таким образом самооборона существовала не только с ведома жандармских и полицейских властей, но, можно сказать, находилась в прямом контакте с ними. Так, по той же инструкции, патрулям и вообще всем членам самообороны вменялось в обязанность следить и доводить до сведения урядника, станционного жандарма и начальника самообороны обо всех подстрекающих к нарушению тишины и спокойствия, устранять крики, драки и проч.

Организация

Организация эта „разжигала страсти до крайних пределов», — как утверждал обвинительный акт. „Ее революционная агитация имела успех, несмотря на то, что многих из присутствовавших на собраниях возмущали речи, затрагивавшие их патриотические и религиозные чувства; будучи бессильны заставить молчать, они требовали удаления оратора, наглость которого доходила до невероятных пределов,—например, говорилось, что бога нет, а затем высмеивались те, кто молются ему и ходят в церковь». Но Динеге удалось победить протестующих. Овладев движением, при громких одобрениях большинства, на одном из собраний он открыто заявил, что „уничтожит не только тех, которые мешают, но также и тех, которые хотят остаться в стороне от борьбы за правое дело».