Monthly Archives: Февраль 2014

тогдашних «кадровых перетрясок»

При всей немалочисленности тогдашних «кадровых перетрясок» коренных пертрубаций в этих сферах не произошло: основная социальная среда, откуда комплектовался служилый люд, оставалась прежней. И все же, как едва ли не любая сколько-нибудь мощная вспышка социальной мобильности, вызванная к жизни крутыми политическими катаклизмами и не без соучастия рядового люда, и эта, нимало не трансформировав характер общественного строя, не породив универсальной ломки в структуре общества, вместе с тем привела к обновлению правящей верхушки, к другим переменам внутри господствующего класса, по-своему укрепила позиции последнего пополнением его рядов одаренными и динамичными выходцами из «низов», а в итоге сыграла тем самым во многих случаях позитивную роль в жизни страны.

Го Вэй

Го Вэй же (904-954), провозгласивший в Кайфэне в 951 г. династию Поздняя Чжоу — последнюю из пяти династия этого периода, предшественницу Суп (960-1279), по его собственному признанию, запечатленному во «Всепроницающем зерцале», происходил из среды людей «бедных и забитых, сполна вкусил бед и страданий», а потому, как он сам возглашал, «став в один прекрасный день государем, неужто позволю себе… причинять вред простому народу» [93, цз.290, с. 9454].

Участившиеся факты

Участившиеся факты социальных перемещений меж сословно-классовых, восхождения отдельных лиц и групп из «низов» общества в верхние и даже высшие слои — наподобие упоминавшегося еще в гл.П случая с Чжан Цюаньи, а тем более, как показано в гл. VI, — с Чжу Вэнем28. Так в политическую элиту Срединного государства в столь смутную пору его истории была влита, хотя и малая, толика «свежей крови», что, как будет показано далее, не могло, пусть временно и ограниченно, не повлиять на социальную политику «верхов».

Считать столь значительные метаморфозы

Считать столь значительные метаморфозы прямым следствием «великой смуты», и только ее, разумеется, неправомерно: подоплека у них много глубже и шире, а именно — те крутые и масштабные перемены, какие происходили в жизни китайского общества и государства с середины VIII в. и стали первоосновой самой «великой смуты». Но и сбрасывать последнюю со счетов в данном случае тоже было бы ошибочно: определенная «лепта» в указанном явлении за нею тоже числится. Да иначе и не могло быть: слишком сильны и глубоки оказались потрясения, которые пережила страна иод воздействием крестьянской войны, и не случайно в нормативных историях Танской и Пяти династий отмечено, например: «в областях и округах сменялись управители», зачастую посредством «самопровозглашения», а происходило это «со времени бунта [Хуан] Чао и [Шан] Жана» [95, цз. 164, с. 15090; 96, цз. 13, с. 17132; цз. 62, с. 17446]. Еще в пору «великой смуты» произошло заметное обновление контингента цзедуши и за счет лиц, непосредственно в нее вовлеченных, притом по разные стороны «баррикад».

В годину

В годину, когда Танская империя, как таковая существуя лишь номинально, фактически разваливалась, а равно и в последующие десятилетия политической лоскутности страны, облик эпохи, вопреки стародавним традициям китайской государственности, определяла стихия военизации. Армейские формирования имелись и у правителей как крупных, так и небольших государственных образований, возникавших с распадом империи, и у цзедуши, и у глав провинций, округов, областей, иной раз и уездов, а то и у «местных воротил» на селе и даже у монастырей. Подобные формирования нередко являлись силой столь самостоятельной и грозной, что могли смещать неугодных верховодов на лхобой ступени властной пирамиды, вплоть до высших, и выдвигать своих избранников.